В ОЖИДАНИИ БУДУЩЕГО

Кириллов Михаил Александрович

Дата публикации: 16.12.2019

Опубликовано пользователем: Кириллов Михаил Александрович

УДК: 08.00.01

Библиографическая ссылка:
Кириллов М.А. В ожидании будущего // Портал научно-практических публикаций [Электронный ресурс]. URL: http://portalnp.ru/2019/12/10612 (дата обращения: 06.02.2020)

               Окружающий нас мир очарователен, прекрасен и неповторим. Он абсолютно прозрачен и готов раскрыть все свои самые сокровенные тайны каждому желающему их познать. В его основе лежат наиболее совершенные из всех возможных законы, и механизмы, исправно действующие с самых незапамятных времен. В качестве основного процесса развития премудрая природа выбрала эволюцию, проистекающую медленно – тише едешь, дальше будешь, но неукоснительно и неотвратимо. Неспешный процесс позволяет человеку, созерцающему мир из окна собственного жизненного кабриолета, осознавать и познавать все его великолепие. Скорость познания возрастает по мере увеличения количества приобретенных человеком знаний, и это позволяет надеяться на создание в будущем многоступенчатой автоматической коробки передач, которой будет оснащен кабриолет человека.

            Роль фундаментального ресурса, обеспечивающего развитие экономической системы, как и многих других, сегодня принадлежит информационному, включающему в свой состав два вида знаний – интуитивные и формализованные. Причем последние, и это важно, могут быть получены непосредственно самим человеком, или с помощью созданного им искусственного интеллекта. От количества знаний, т.е. объема информации, которым располагает человек, зависит степень неопределенности управляемых им систем, существенно влияющая на точность принимаемых решений и эффективность их функционирования.

            Интуитивные знания, которыми обладает конкретный индивидуум, оставаясь доступными только ему, всегда ограничены и конечны, они ничего не стоят и всегда находятся под рукой, и это их основное достоинство. Формализованные знания, доступные всем и каждому, достаются с большим трудом, стоят дорого, а накапливаются медленно. Эти знания, в отличие от интуитивных, не имеют никаких границ, и позволяют неограниченно снижать неопределенность управляемой системы, повышая точность принимаемых решений. Ускорить процесс получения знаний человеку помогут сами знания или точнее искусственный интеллект, который обеспечит их поточное производство.

            Человеческое общество представляет собой множество индивидуумов, каждый из которых имеет собственные интересы и потребности, удовлетворяемые в одних случаях с легкостью, а в других с огромным трудом. Особенностью этой конструкции является хорошо известный в технике полярный принцип, рассматривающий, в данном случае, в качестве полюсов индивидуализм и коллективизм. Иными полюсами могут служить: правда и ложь, вера и знание, добро и зло, и другие.

           Любое общество, будучи коллективом, кроме личных, обязательно имеет и коллективные или общественные интересы, к числу которых относятся безопасность его членов, правила и нормы их поведения, порядок пользования общими ресурсами и др. К числу наиболее важных интересов общества относится сохранение численности и разнообразия способной к самовоспроизведению общности людей. Разнообразие индивидуумов, составляющих человеческое общество, образуется реально существующим множеством сочетаний отличающихся друг от друга способностей этих индивидуумов и присущих им интересов.

            Постоянный рост численности населения заставляет задуматься над вопросом о том, как долго он будет продолжаться? Численность должна расти до тех пор, пока разнообразие составляющих ее индивидуумов не достигнет «заданной», установленной природой величины. После этого рост населения должен прекратиться. Заданное разнообразие определяет общую численность землян, которая установлена и поддерживается природой и нарушается человеком, всеми доступными способами.

          Какие же интересы важнее? Одни индивидуумы не сомневаются в том, что это интересы человека, а общественные интересы они в упор не видят, или, признавая, что они все-таки существуют, считают их второстепенными. Другие представители общества, наоборот, доказывают, что именно общественные интересы следует признать основными, а личные интересы соподчиненными им – основным. Все интересы равноценны, как равноценны сами полюса, которые по своей конструкции не могут существовать друг без друга. Согласно этой конструкции отдельные индивидуумы (индивидуалисты и коллективисты), тяготеющие к одному или другому полюсу, имеют возможность перемещения между полюсами и выбора места своего пребывания реального или виртуального, в наибольшей мере соответствующего их интересам.

             Развитие экономики начинается в тяжелейших условиях дефицита. Дефицита всего – формализованных знаний, природных  ресурсов, производимых благ. Но природа готова к любым перипетиям. Для такого тяжелого случая в ее арсенале имеется жесткая и даже очень, простая, как чугунный утюг, и дешевая, как сыр в мышелове, децентрализованная рыночная система. Ее основные инструменты и механизмы – естественный отбор, право силы, право собственности, конкуренция. И надо признать, что это совершенно  необходимо, а любое другое решение на этом этапе будет хуже и дороже. В качестве информационной основы система использует интуитивные способности человека, под которыми подразумевается его способность к самообучению и принятию решений в условиях существенной неопределенности.

            Децентрализованные системы не имеют общей цели. Вместо нее существуют цели отдельных подсистем или элементов, часто противоречащие друг другу и трудно согласуемые. В связи с этим,  отсутствует и общее стратегическое планирование, которое опускается на более низкий уровень отдельных подсистем. Грубо говоря, рынок слеп и ничего не видит дальше своего носа. Однако в этом и нет острой необходимости. На ранних стадиях развития проблемы будущего куда как менее важны, чем проблемы текущие, которые надо решать ежедневно, ежечасно. Тем не менее, свою основную задачу – создание прочной материально-технической базы, необходимой для дальнейшего развития общества, дрейфующая по волнам неопределенности рыночная система успешно выполнила.

           Эффективность управления децентрализованными системами достигается в результате естественного отбора кадров, которые, как известно, решают все, и права собственности, позволяющего установить жесткую корреляцию между правом принятия решений и ответственностью за них.

           Рыночная система в первую очередь соблюдает интересы и удовлетворяет потребности наиболее сильной производящей и управляющей частей общества. Государство, не желая заниматься производством и ссылаясь на свою импотенцию, устраняется от решения этой проблемы, оставляя ее рынку. Удовлетворение потребностей его слабой части – иждивенцев за неимением иных источников также ложится на рыночную систему. В связи с этим возникает естественный вопрос, а с какой стати, одна  часть общества, должна содержать все общество, и кто это должен делать, чья это обязанность? Ведь мы пока не в раю. Такой обязанности у рынка нет, он всегда готов уничтожить слабого. А то, что он делает всего лишь добровольно-принудительное одолжение, навязанное ему силой, поскольку другого решения тоже нет, а сила есть.

            Но возможно ли такое с чисто технической точки зрения? Это, какое же должно быть соотношение между производителями и потребителями, чтобы меньшинство смогло бы прокормить большинство без особого ущерба для себя? Этот вопрос остро стоит уже сегодня, а что же будет завтра, когда безработные в результате успехов научно-технического прогресса посыплются со своих рабочих мест, как из рога изобилия и все споры о величине налога вмиг отпадут, не поможет никакая величина налогов.

           В централизованных системах, к которым относится и современный рынок, все обязанности по управлению и решению возникающих проблем, безусловно, возлагаются на ее органы управления вне зависимости от их желания выполнять свои обязанности. Здесь необходимо несколько отвлечься от общей линии и уделить внимание, тем проблемам управления, которые просто-таки мешают жить и дышать большей части общества.

          Власть устанавливается посредством права силы, которое, стремясь выглядеть респектабельно, прикрывается фиговым листиком свободных демократических выборов. Эта свобода сродни той, которую мужик предоставлял медведю, наделяя его правом выбора вершков или корешков. Медведь почему-то всегда выбирал не то, а мужик почему-то всегда об этом знал, и, ничем не рискуя, наслаждался, выворачивая демократию наизнанку

            Механизм голосования практически бесполезен. Он не позволяет принимать решения в условиях неопределенности, например, предсказать погоду на будущий год, и совсем теряет свой смысл в условиях полностью определенной системы, когда решение неизвестно голосующим, скажем, дважды два – четыре.

            Но что тогда отражают результаты голосования? В условиях полярной системы, эти результаты отражают существующее соотношение противоборствующих и рвущихся к власти сил, ставящих своей целью, в первую очередь, удовлетворение своих собственных интересов и амбиций и только, во вторую, – всех остальных. Случаются и бескорыстные руководители, но редко. Соотношение сил в сбалансированной системе должно стремиться к значению, известному науке, как «фифти-фифти». В этом случае принять решение вообще невозможно – оба диаметрально противоположных выбора равноценны, и вся эта затея теоретически теряет свой смысл. Но она просто необходима кандидату на власть.

           Централизованные на уровне государства органы управления, есть органы наемные, и условия оплаты их труда с точки зрения подлинной демократии должны устанавливаться, и регулироваться работодателем – обществом в жесткой зависимости от средних достигнутых в этом обществе значений. В нарушение этого, казалось бы, очевидного правила оплата труда органов управления устанавливается самими органами управления, причем в размерах, позволяющих удовлетворять гипертрофированные потребности человека, дорвавшегося до безграничной «халявы» и полностью утратившего ориентацию в пространстве. Высокие зарплаты, рассчитанные на привлечение профессионалов высочайшего класса, на деле притягивают мошенников, у которых с классом все в порядке. Контроль обществом оплаты труда органов управления и приведение ее в соответствие со здравым смыслом в самые короткие сроки очистил бы эти органы от любителей легких денег. Но решить этот вопрос с помощью референдума общество может только с дозволения своих заботливых слуг, которые, предвидя ответ, отказывают своему хозяину, предпочитая не испытывать лишний раз судьбу. Вернемся, все же, к основной колее.

          Рынок никогда не заявлял о своем желании полностью удовлетворять потребности всех членов общества, такую задачу он перед собой не ставил, и требовать этого от него нет смысла.

          То, что реально в большинстве случаев достается сегодня иждивенцам нельзя рассматривать иначе как «аттракцион неслыханной щедрости», неминуемо унижающий достоинство человека и дающего, и берущего. Отрицая несостоятельность рыночного распределения благ, обычно указывают на несколько красивых икон, общее количество которых не превышает числа пальцев на одной руке и говорят: «Ну, вот же». Но несколько красивых икон не решают и не и никогда не смогут решить эту проблему. Наличие безработных и нищих вполне естественно для рынка, а любые иждивенцы есть камень на шее, неотвратимо тянущий его ко дну. Проблема содержания иждивенцев, актуальность, которой уже в самом недалеко будущем начнет возрастать катастрофическими темпами, не поддается решению методами рыночной экономики.

         Эстафету должна продолжить плановая система хозяйствования, ставящая своей целью полное удовлетворение потребностей всех и каждого, включая нищих и безработных, бесплатно. Но переходный период затягивается на неопределенный срок по причине нежелания правящей элиты покинуть свой трон и уступить кому-либо свою власть.

           Чем же современный рынок отличается от классического, и с чем так не хочется расставаться? Остановимся на последней, самой модной его версии. В этой версии участвуют  производители товаров, производители денег и потребители имеющихся в наличии благ. В классической модели нет производителей пустых денег, есть только товары, к числу которых относятся и деньги. Рыночная экономика, как ей и положено, производит товары, ориентируясь на существующий платежеспособный спрос. Однако физический спрос, отражающий интересы всего общества, может значительно превосходить спрос платежеспособный, в результате чего возникает проблема куцего одеяла, под которым все не помещаются.

           Конечно, при разделе имеющихся благ можно воспользоваться методами военного коммунизма, но это не для современного просвещенного ума, об этом и говорить-то стыдно. Другое дело деньги, не те золотые, которых не напасешься, а пустые, обесцененные бумажки, или еще лучше электронные, которые можно производить в неограниченных количествах, даром. А что же такое деньги? Этого никто не знает, и знать не хочет. Но все знают, что с ними делать и мечтают о них днем и ночью.

          Современные деньги – это голое не обеспеченное ценностью золота право, право управления производством и распределением благ. Величина права в «золотой» системе определяется запасами золота, которые практически есть константа, а в «бумажной» может изменяться в широких пределах по желанию владельца права. Кому же это право принадлежит? А принадлежит оно уже не столько производителям благ, сколько производителям денег. Но откуда же оно у них взялось? А ниоткуда, оно существовало всегда, это многоликое право силы, которое может принимать облик завораживающих денежных купюр, грозных ракет с ядерными боеголовками или всеобъемлющего и недоступного другим знания.

          Дело доходит до смешного – воспользоваться крошечным правом силы, спешат все, кому не лень, пока теоретики права, пребывая в дремучем сне, упорно продолжают отмалчиваться. Сегодня тысячи любителей занимаются изобретением денег. Другими словами, они пытаются придумать право, позволяющее им пользоваться результатами чужого труда в условиях рынка бесплатно, даром, не будучи безработными или инвалидами, и не имея никаких льгот, а просто так. Не трудно понять, если захотеть, что такого права нет и быть не может ни у кого, но в рынке оно – это право силы существует и процветает, дай бог ему здоровья, а сила права может и подождать, ничего с ней не станется.

          С помощью этого права центр силы, медленно, но верно, перекочевал от производителей благ, не слишком обожаемых, но работящих, к производителям денег, не создающих ничего, но уверенно занявшим место первого пилота у штурвала мировой экономики, отодвинув на второй план бравых капитанов бизнеса. Сегодня производство денег и их эмиссии есть целенаправленное манипулирование правами отдельных субъектов, которые предоставляются одним субъектам за счет других и в ущерб им.

           Наши извечные «партнеры» научились производить капиталы в требуемых количествах, и делиться своими достижениями они, ни с кем не собираются. Так что шансы далеко не равные: «у них денег куры не клюют…», а у нас, конечно, не хватает.

          Что же способно подвигнуть существующую систему сложить свои полномочия?

          Во-первых, это неизбежная рецессия производства товаров, которая является следствием полного удовлетворения потребностей сильной части общества и отсутствием платежеспособного спроса у его слабой части, которая не может длиться вечно, и исчезнет только, со сменой системы хозяйствования. Во-вторых, это создание формализованных методов расчета, превосходящих по своим возможностям интуитивный потенциал человека. Формализованная шахматная программа, как и любая другая, способная находить более точные, чем человек, решения, лишает его, присущих ему преимуществ, и его усилия становятся никому не нужными, несмотря на их высокий профессиональный уровень. И, в-третьих, это отмена денег, лучшая (золотая) часть которых исчезла давно и навсегда, а оставшиеся деньги-протезы играют главную роль в самой туманной в истории человечества мистификации, и отказаться от этой курицы добровольно никак невозможно. Но земная жизнь денег окончится вместе с рынком.

         Плановая система, производящая и распределяющая общую собственность, вообще в деньгах не нуждается, ей достаточно денежных единиц измерения, а еще лучше общепринятых современной наукой физических единиц измерения вместо бесконечного ряда неизвестных науке валют.

         Конечно, это только сказка скоро сказывается, но не дело делается, и точную дату передачи полномочий установить нельзя. Хорошо бы для начала установить неизбежность самого этого события, ведь от него зависит вся тактика и стратегия последующего развития общества: будут ли удовлетворяться потребности только элитной части общества, как это делается сейчас, или всех его членов, и кто конкретно будет производить товары для народа с пустыми карманами? Поэтому сценарии дальнейшего развития зависят от выбора национальной идеи.

             Что же такое есть национальная идея? Национальная идея – это та пыльная и разухабистая  дорога, которую выбирает общество в надежде, добраться до своей хрустальной мечты. Сегодня выбор дороги фактически упирается в выбор системы хозяйствования – перезрелого рынка или недозрелого плана, в основе которых лежат индивидуализм и коллективизм. Однако двух полюсов мало. Более строго, национальная идея – это выбор некоего ряда идеалов, которых намерено придерживаться общество. Примерный их перечень, допускающий коррекцию, содержится в заповедях, каждую из которых можно рассматривать, как пару полюсов, снабдив ее знаками плюс и минус. Стоящий перед обществом выбор того или иного пути во многом зависит от дальновидности лидера.

            Идея построить новый общий дом многим пришлась по душе, но стройка началась даже без должного комплекта чертежей. За неимением гербовой писать приходилось на простой. Управление новой более сложной системой вершилось старыми непригодными для нее методами интуитивного управления. Такое возможно, но только временно, да и то, если способности лидера соответствуют размерам недурственного бриллианта. Средних способностей и амбиций обычного человека, который волей судеб оказывается на высоком, ответственном посту, к сожалению, маловато для управления централизованными системами. Слишком велика в этом случае цена ошибок, которые всегда допускаются лидерами, не дотягивающими до нужного размера.

         . В децентрализованных системах возможный ущерб от ошибочных решений определяется размерами собственности отдельных подсистем, которая есть лишь часть всей собственности. Такой ущерб носит локальный характер и, как правило, мало влияет на всю систему в целом. В централизованной системе цена ошибки и вероятность ее появления куда выше, чем в децентрализованной. В этой системе, нет естественного отбора кадров, а право принятия решений оторвано от материальной ответственности, которая раскладывается на всех членов общества. И даже неотвратимое наказание отдельных разгильдяев, и так уже изрядно испортивших репутацию плановых систем, ничего не решает, оно несоизмеримо с  наносимым ими ущербом.

          Оценивая роль личности в истории, следует отметить, что эта, роль сводится к регулированию лидером скорости процесса развития, которую он способен изменять в пределах от черепашьего шага до лошадиного галопа, не меняя его сути, смысла. Очевидные успехи или провалы этой личности надолго остаются в памяти народной и в истории, а иное быстро забывается.

           Крушение централизованной плановой системы, управляемой чуть ли не вожжами, о чем предупреждал еще ее создатель, неизбежно, как и ее переход  на более низкий, иерархический уровень управления. Его приемники, по своим способностям явно уступавшие ему не менее порядка, мало что понимали в этом деле, хотя и много говорили. Но у них хватило ума не ломать экспериментальную систему, хотя они и не знали, что с ней делать, а у последующих приемников уже не хватило. И в один миг передовая система, обогнавшая сам паровоз, оказалась далеко позади него, в начале прошлого века, в крепких объятиях с нетерпением ожидавших ее там «крестных отцов».

          Сама по себе централизованная система управления, рассчитанная на автоматизированное принятие решений, как и современный лимузин, в который залили непригодный бензин, ни в чем не виновата, и списывать не нее собственную глупость не уместно. «Как не полезна вещь, – цены не зная ей, невежда про нее свой толк все к худу клонит; а ежели невежда познатней, так он ее еще и гонит».

            Злорадству той части рыночников, у которой зимой  не выпросишь и снега, не было предела. Но ставить точки и особенно забивать гвозди еще рано, поберегите их, господа, для себя, вам они пригодятся раньше. И никогда не говорите никогда, и никогда не копайте яму, а, тем более, могилу, другому…

           Плановая система хозяйствования является следующим за рынком и неизбежным этапом развития экономики, и очень жаль, что пролетевших ста лет, так и не хватило для того, чтобы это понять. В технических областях развитие шествует семимильными шагами, но экономика за это время не сдвинулась, ни на йоту, и, как завороженная, продолжает преданно глядеть в рот капитанам и адмиралам бизнеса, диктующим ей свои условия.

           На этом этапе должна быть создана автоматизированная система управления, сводящая к минимуму роль человека, решены задачи полного удовлетворения его потребностей в научно обоснованных пределах, устранены все виды дефицита и сформированы материально-техническая и научная базы для перехода на следующий уровень развития экономики.

         Продуктивность планирования общего развития системы настолько же выше продуктивности планирования ее отдельных подсистем, насколько действия армии эффективнее действий партизанских отрядов. Однако должна быть уверенность в оптимальности плана, поиск которого связан с обработкой неподъемных до недавнего времени массивов информации. Для решения этой задачи имеющихся сегодня мощностей достаточно.

         Преимуществом автоматизированной системы, у которой нет своих и чужих, становятся ее объективность, непредвзятость и неподкупность, отличающие ее от человека, страдающего субъективизмом, заинтересованностью и многими другими комплексами, укладывающимися в понятие человеческого фактора.

          Что же касается смысла научно обоснованных норм, то он заключается в том, что эти нормы позволяют наилучшим, оптимальным образом удовлетворять потребности человека. Отклонение от оптимальной величины, как в сторону бедности, так и богатства в равной мере снижают эффективность процесса удовлетворения потребностей человека, и чем это отклонение больше, тем хуже. Для того, чтобы товар-стимул эффективно работал, человеку обязательно надо «соскучиться», и только тогда он найдет отклик в его душе, который получит свое отражение в виде полноценной эмоциональной реакции. Когда же товаров «навалом», и человеку некогда «скучать», его эмоциональные  реакции стремятся к нолю, и, что еще хуже, могут стать отрицательными: «Опять ты мне эту икру поставила. Не могу я ее проклятую каждый день есть. Дай хоть хлеба». Количественно эмоциональный мир человека практически не зависит от его бедности или богатства. В первом случае эмоции редкие, но глубокие, а во втором частые и несущественные по величине. Что лучше – это большой вопрос.

          Будущие успехи бурно развивающегося научно-технического прогресса неизбежно приведут к тому, что подавляющее число граждан, за исключением наиболее творческой части общества, для которой самая, что ни наесть работа, лучше всякого отдыха, утратят свои рабочие места. Существующая здесь тенденция подтверждает то, что процесс исчезновения рабочих мест в дальнейшем будет лишь нарастать и вопрос о том, как прокормить все возрастающую армию иждивенцев надо решать уже сейчас. И это вполне естественно: человек рожден не для того, чтобы пахать утра до вечера и всю ночь напролет, хотя сегодня многим приходится заниматься именно этим. Его основная функция заключается в поддержании нужного разнообразия и численности общества.

          Ресурсов для существования «безработного» общества в окружающем нас мире предостаточно, но не хватает технологий, позволяющих преобразовывать эти ресурсы в товары. А это задача научно-технического прогресса, управляемого той творческой частью общества, которая на пенсию  не спешит и со своей задачей, несомненно, справиться. Собственно их и так уже достаточно, и если бы не эффект восседающей на сене собаки, перекрывающей кислород всем кому надо и не надо, проблем стало бы  на много меньше, но в любом случае они будут решены.

           После того, как все потребности человека окажутся удовлетворенными, удовлетворять останется только его фантазии. На этом второй этап развития экономики, в связи с невозможностью планирования фантазий, заканчивается  и наступает третий – этап удовлетворения, как это ни смешно, человеческих фантазий. На этом этапе станет возможным зажигать звезды небывалой красоты, с комфортом путешествовать во времени и пространстве, вдоволь наслаждаться незабываемыми красотами рая и завораживающими аттракционами ада, знакомиться с далекими, но очень близкими нам, инопланетянами, а лучше – инопланетянками. А, если повезет, потолковать с самим о проблемах бессмертия души и вечного бытия и что делать, если это вечное бытие однажды наскучит?

          Главная функция, предписанная человеку и недоступная иным существам, вытекает из его способности к абстрактному мышлению, и может быть сформулирована, как познание, восхищение и наслаждение, бескрайним по своим размерам, сложности  и красоте окружающим миром, а также осознанное управление этим миром.

          До сих пор человек был способен познавать мир, наслаждаться и восхищаться им. Активному участию человека в управлении миром препятствует его не слишком высокий уровень знаний, в частности, о таком параметре, как энтропия, о существовании которой, возможно, многие даже не подозревают.

         Высокая энтропия или другими словами неопределенность приводит к невозможности предвидения будущих состояний системы и вызывает у человека чувство неуверенности, тревоги, страха, ужаса, ощущение собственной слабости и бессилия перед неизвестностью, но повышает его интерес к этой неизвестности и к борьбе за свое существование.

           Низкая энтропия, то есть высокая определенность системы, позволяющая человеку заглянуть в самое отдаленное будущее, например, рассчитать параметры солнечной системы на много веков вперед, вызывает, у человека чувство скуки, уныния, тоски, депрессию, безразличие. В результате интерес человека к окружающему его миру и всему в нем происходящему угасает.

          С точки зрения управляемости оптимальное соотношение определенности и неопределенности  устанавливает нужный баланс между полностью определенными – тоталитарными системами и полностью неопределенными – анархическими.

          Проложить дорогу в царство свободы одной груди мало, нужны основательные формализованные знания. С этой проблемой поможет справиться искусственный интеллект, готовый работать, в отличие от человека, круглые сутки без перерывов и выходных, и способный к самообучению и самосовершенствованию. Это позволит организовать массовое промышленное производство новых знаний, необходимых на более высоких уровнях развития, чтобы человек не пользовался услугами золотых рыбок и иных сказочных персонажей, а сам бескорыстно помогал им.

           Искусственный интеллект открывает перед человеком поистине безграничные и неисчерпаемые возможности, тая, тем не менее, в себе пугающую и неосознанную неизвестность.

         Современный уровень развития просто фантастичен по отношению, например, к средневековью, но и грядущий уровень будет не менее фантастичен по отношению к нынешнему. И с этим трудно спорить. Вопрос в другом. Когда высочайший собственный интеллект в совокупности с, возможно, еще более высоким искусственным интеллектом позволят человеку решать все мыслимые и немыслимые задачи, сохранится ли существующее сегодня противостояние интересов и их носителей или наступит полное, безудержное счастье, переходящее в неописуемый восторг?

          В основе противостояния, которое является важным условием развития и не зависит от системы хозяйствования, лежит полярный принцип, наделяющий человека диаметрально противоположными интересами и реакциями на воздействие одних и тех же стимулов. Оно всегда было, есть и будет существовать, как между обществами, так и внутри них, в самых разнообразных формах. Единство – это всего лишь недостижимая голубая мечта. Изменить конструкцию невозможно – она просто перестанет работать. И хотя сами полюса исчезнуть не могут, конструкция допускает гибель противостоящих друг другу индивидуумов и различных их множеств, аналоги которых впоследствии в обязательном порядке будут вновь воспроизведены, а баланс сил восстановлен.

           Высокий уровень развития общества не только не сглаживает противоречий, но и усугубляет их, расширяя и совершенствуя методы и средства борьбы, в том числе и военные, которые сегодня являются основными. Однако завтра противостояние переместится в сферу формализованного научного знания и искусственного интеллекта, которые способны обеспечить преимущество противоборствующим сторонам, куда более весомое, чем военное.

          Паритет в области искусственного интеллекта, превосходящий  по своему значению все иные, просто необходим для сохранения собственной безопасности и суверенитета. И это проблема, которая может быть решена только наукой и никем более, не идет ни в какое сравнение с иными, ныне известными. Без ее решения нет будущего.

          Возникает также вопрос о тех угрозах, которые искусственный интеллект может представлять для человека. Ответ на него зависит от того насколько  совершенным он может стать. Возможно ли возникновение у этого интеллекта интересов, сознания, органов чувств и самих чувств. Пока интересов нет – бояться нечего. Однако это совсем уже другая тема.


Количество просмотров публикации: -

© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором публикации (комментарии/рецензии к публикации)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.